Воспоминания воинов русской армии 1812-1814

В то же время иные разночинцы армии, промышленники вольного рынка и маркитанты полков, овладев котлами и провизиею неприятеля, принялись варить кашу, всыпая в навьюченные над огнем котлы сарацинского пшена, изюму и думая, «что тоже к тому гоже», валили туда ливанского кофею, в шелушице у ази- атцев держимого, принимая его за бобы «иносветные», варя же и пробуя жевать, фуркали из рта, говоря: «Эй! да это ажно крепко в варке!» Сквозь немощь и веселие мое вдруг мысль моя торопко бросилась на фуры турецкие, близ меня почти при огнях стоящие без прикосновений, чем-то наполненные, под покрышами неделанных буйволовых шкур. Некоторое темное предчувствие подняло меня на ноги, и я проворно бросился посмотреть, что в них лежит.

Заглянув в крайние фуры ближней купы, я увидел, что они наполнены бочонками и кожаными торусками с порохом. Откуда сила у меня взялася! Я зачал бегать и заливать огни под котлами, крича солдатам: «Что вы делаете, злодеи, ведь это пороховая

163

казна турецкая, нужная для нашей армии».